https://www.thermofisher.com/ru/ru/home/products-and-services/promotions/30-years-discovery-russia-promo.html?cid=PJT4417-WE42944-Biomolecula-Russia-30yearsinRussiaBanner-December
Подписаться
Биомолекула

Джошуа Мезрич: «Когда смерть становится жизнью. Будни врача-трансплантолога». Рецензия

Джошуа Мезрич: «Когда смерть становится жизнью. Будни врача-трансплантолога». Рецензия

  • 116
  • 0,1
  • 0
  • 1
Добавить в избранное print
Рецензии

Джошуа Мезрич. Когда смерть становится жизнью: будни врача-трансплантолога. Пер. с англ. К.В. Банникова. — М.: Эксмо, 2019. Твердый переплет, 368 стр., 60⨉90/16 (138⨉212 мм), 540 г. 

Серия «Медицина без границ» издательства Эксмо рассказывает о жизни и работе врачей, которые ежедневно спасают человеческие жизни. Благодаря этой серии каждый, кто привык к роли пациента, может заглянуть за кулисы врачебного ремесла и по достоинству оценить труд медицинских работников. «Когда смерть становится жизнью» — восьмая книга серии и история развития одного из самых фантастических направлений медицины. Трансплантология не только дает жизнь, она буквально ставит смерть на службу жизни. Это ли не чудо?

jm.jpg

Рисунок 1. Джошуа Мезрич, автор книги «Когда смерть становится жизнью: будни врача-трансплантолога».

Джошуа Мезрич — выпускник Медицинской школы Корнеллского университета, доктор медицинских наук и заместитель профессора хирургии в отделе трансплантации органов в Школе медицины и общественного здравоохранения Университета Висконсина (рис. 1).

Среди его научных интересов: влияние внешних факторов на работу иммунной системы, а также вопросы приживаемости трансплантатов [1, 2]. В своей книге Джошуа Мезрич раскрывает перед читателями мир трансплантологии.

Даже сейчас, когда операции по пересадке почки, сердца и даже печени стали обыденностью, сама идея трансплантации все еще вызывает противоречивые чувства. Трудно смириться с тем, что в тебе может буквально жить часть другого человека. Каково же было врачам, посвятившим себя трансплантологии, в самом начале пути? Автор знакомит нас с настоящими героями мира медицины: Томасом Старзлом (рис. 2), Джозефом Мюрреем, Норманом Шумвеем, Кристианом Барнардом, Дэвидом Юмом, Фрэнсисом Муром и другими прекрасными хирургами, которые не боялись работать и добиваться успеха там, где другие видели десятки технических и этических преград.

2.jpg

Рисунок 2. Томас Старзл, американский хирург и ученый, «отец» трансплантологии. Провел первую в историю пересадку человеческой печени в 1963 году.

На страницах книги вы сможете проследить, как менялась трансплантология, и практически стать участником самых значимых событий на пути к пересадке органов.

Об экспериментальных операциях с Ричардом Лоуэром Шумвей писал: «Мы стояли там целый час: собака была подключена к оксигенатору, ее аорта пережата, а сердце охлаждено. Нам было смертельно скучно, поэтому я сказал Дику: „Можно вырезать сердце и положить его в холодный физраствор (который мы использовали для охлаждения сердца), а затем поместить обратно“. Однако сделать это было слишком сложно с помощью довольно примитивных инструментов и игл, которыми пользовались в те времена. Поэтому им пришла в голову идея взять сердце другой собаки и оставить на нем больше тканей, чтобы его было удобнее вшивать в первую собаку». Таким непримечательным образом было положено начало технике трансплантации сердца и исследованиям на эту тему.

Вы сможете увидеть, как постепенно менялось представление о причинах отторжения пересаженных почек или сердца, как достижения сменялись чередой провалов, как хирурги учились работать с донорами и многое другое. Путешествовать в прошлое всегда интересно, но то, как быстро развивается медицина, особенно поражает. Только задумайтесь, что в середине 20 века пациенты после операций нередко умирали от заражения гепатитом. Сейчас это кажется невероятным.

Много страниц в книге посвящено современным подходам к пересадке органов. Не удивительно, ведь автор — практикующий хирург. Признаюсь, некоторые отрывки наводили на меня дрожь, хотя я — подготовленный читатель.

Получение органов — процесс сюрреалистичный (в то время мы еще говорили «забор органов», но позднее стало использоваться более уважительное словосочетание «получение органов»). Помню, что я увидел длинный разрез от верхней точки грудной клетки и до лобковой кости, зашитый грубым швом, который бывает на бейсбольных мячах. Этот черный шов свидетельствовал о том, что команды, извлекающие органы из грудной клетки и брюшной полости, поработали до нас. Еще я помню длинные разрезы вдоль ног, сделанные ребятами, извлекавшими кости. Кости заменили ручками швабр, чтобы у ног сохранялась хоть какая-то структура, пока мы (или работники морга) перемещали тело.

Для меня стало откровением, что при пересадке почки отказавший орган почти никогда не удаляют, вшивая реципиенту третью почку, которая должна будет работать вместо старой.

Примеры некоторых больных особенно впечатляют. Джошуа Мезрич делает акцент на том, как пациенты воспринимают пересадку органов, что движет донорами, и как участие в трансплантации меняет жизни людей.

Большое внимание в книге уделено врачебной этике. Нетрудно понять, что раньше трансплантология считалась фантастикой, а первопроходцы этого направления часто воспринимались как мясники. Были и другие сложные вопросы, такие, как давление на здоровых доноров или возможность извлекать органы у людей, чей мозг перестал функционировать. Общественность всегда заставляла хирургов думать не только над успехом предстоящей операции.

Барнард пообещал своей команде, что его первый донор будет белым: Южная Африка переживала период расовой изоляции, а хирурги и так нарушали этические границы, пересаживая органы от одного человека к другому. Они не хотели негативных комментариев о том, что первым донором с констатированной смертью мозга стал чернокожий человек. А Денис Дарвалл оказалась идеальной кандидатурой. Решение было принято.

Сейчас трансплантологам также приходится нелегко. Несмотря на то, что вероятность смерти или осложнений для доноров органов значительно снизилась, она всё еще остается. Другая задача состоит в оптимизации системы по распределению доступных органов среди реципиентов. Кому отдать новую почку или сердце? Ответ не всегда кажется очевидным, например, в медицинском сообществе горячо обсуждается тема пересадки печени алкоголикам.

Однако все трудности трансплантологии меркнут перед самим фактом ее существования. Медицина уже добилась невероятных успехов на этом поприще, и группы ученых по всему миру продолжают работать над тем, чтобы сделать трансплантацию еще проще и доступней. Такие книги, как эта, заставляют поверить, что у них всё получится.

Литература

  1. Chelsea A. O’Driscoll, Madeline E. Gallo, Erica J. Hoffmann, John H. Fechner, James J. Schauer, et. al.. (2018). Polycyclic aromatic hydrocarbons (PAHs) present in ambient urban dust drive proinflammatory T cell and dendritic cell responses via the aryl hydrocarbon receptor (AHR) in vitro. PLoS ONE. 13, e0209690;
  2. Ramona Nicolau‐Raducu, Yehuda Raveh. (2019). Risk Factors for Intracardiac Thrombus During Liver Transplantation. Liver Transpl.

Комментарии