Нобелевская премия по химии 2026: как молекулы научились выбирать сторону
08 октября 2026
Нобелевская премия по химии 2026: как молекулы научились выбирать сторону
- 16
- 0
- 0
Из абсолютно симметричной смеси рождается асимметрия: реакция Соаи сама решает, быть ей «левой» или «правой», и усиливает этот выбор до почти полной чистоты.
Рисунок в полном размере.
коллаж по изображению Нобелевского комитета
-
Автор
-
Редакторы
Нобелевскую премию по химии 2026 года получили Анри Каган (Университет Париж-Сакле) и Кэнсо Соаи (Токийский университет науки) — «за открытие нелинейных эффектов и автокатализа в асимметрическом органическом синтезе». За этой сухой формулировкой стоит одна из самых странных реакций в истории органической химии: смесь полностью симметричных реактивов, в которой молекулы сами, без какой-либо подсказки извне, выбирают себе «левую» или «правую» форму — и дальше навязывают этот выбор всей колбе. Разбираемся, почему зеркальная асимметрия молекул — это не курьез для учебника стереохимии, а вопрос о происхождении жизни; почему химики семьдесят лет считали, что чистоту продукта нельзя получить «из воздуха»; как два открытия — усиление асимметрии по Кагану и самокопирующаяся реакция Соаи — показали, что можно; и что это означает для производства лекарств и для разгадки происхождения жизни.
Две руки одной молекулы
Свойство объекта не совпадать со своим зеркальным отражением называется хиральностью — от греческого χείρ, «рука» (рис. 1А); о том, как складывалась стереохимия и ее язык, «Биомолекула» рассказывала в статье «Номенклатурный работник стереохимии» [1]. Если атом углерода связан с четырьмя разными группами, их можно расположить двумя способами, которые относятся друг к другу как левая рука к правой. Такие молекулы-близнецы называют энантиомерами: у них одинаковы температуры фазовых переходов, показатели преломления и обычные спектры УФ, ИК, ЯМР, а различаются они только тогда, когда взаимодействуют с другими асимметричными объектами и явлениями, — например, с поляризованным светом или с ферментами живой клетки. Именно так, по вращению поляризованного света, зеркальные близнецы впервые и различил Луи Пастер, разобрав пинцетом кристаллы винной кислоты на две кучки (рис. 1Б).
Опыт, который не должен был работать
Представьте колбу. В ней два реактива, и оба совершенно симметричны: ни «правой» формы, ни «левой». Ни катализатора, ни добавок. Реакция идет, образуется продукт — и вот он-то асимметричен: существует в двух зеркальных вариантах, как правая и левая перчатка. По всем правилам их должно получиться поровну: взяться различию неоткуда.
Но получается не поровну. В одном опыте — 80% «правого» варианта, в другом, поставленном тем же человеком в тот же день, — 70% «левого». В серии из тридцати семи опытов восемнадцать раз победила одна форма и девятнадцать раз другая, а перевес доходил до 91% [2]. Это реакция Соаи, за которую 7 октября 2026 года присудили Нобелевскую премию по химии.
Жизнь выбрала одну руку
Белки всех живых организмов собираются из L-аминокислот: только их кодирует генетический код, а редкие D-остатки появляются в уже готовой молекуле, при посттрансляционной модификации. Нуклеиновые кислоты содержат D-сахара. Это свойство называют гомохиральностью, и без него жизнь невозможна: белок из случайной смеси L- и D-аминокислот не свернется в правильную структуру [3]. Почему живое гомохирально и что из этого следует для биохимии, «Биомолекула» подробно разбирала в статье «Наступает эра стереоизомеров» [4]; а о том, где D-аминокислоты все-таки встречаются в живой природе, рассказывает материал «D-аминокислоты: не только в Зазеркалье» [5].
Откуда взялся перекос? Любой абиотический синтез — в разряде молний, в межзвездном льду, в колбе Миллера — дает рацемат, строго равную смесь обеих форм . Симметричные вещества в симметричных условиях не могут породить асимметрию. Значит, миллиарды лет назад случилось событие, нарушившее равенство, и дальше крошечный перекос должен был вырасти до полного господства одной формы. Вот этот механизм усиления и не могли найти.
О самом опыте Миллера–Юри и прочих сценариях пребиотической химии читайте в статье «Механика докембрийского периода» [6], а о внеземных аминокислотах из Мурчисонского метеорита, где небольшой перекос в сторону L-форм все-таки находят, — в материале «Приключения аминокислот: в космосе, на Земле и под землей» [7].
Правило, которое казалось железным
Чистоту смеси измеряют энантиомерным избытком (enantiomeric excess, ee): если одной формы 90%, а другой 10%, избыток равен 80%. До середины 1980-х гг. правило выглядело незыблемым: чистота продукта повторяет чистоту катализатора — больше, чем вложил, из реакции не вынешь.
Для гомохиральности это приговор: даже если продукт катализирует собственное образование, перекос не растет, а тает — 90%, затем 81%, затем 73%. От поколения к поколению чистота не нарастает, а размывается.
Фрэнк, 1953: рецепт гомохиральности
Британский физик Фредерик Чарльз Фрэнк показал на бумаге: чтобы гомохиральность родилась сама, нужны три условия сразу [8]: автокатализ, энантиоселективность и взаимное подавление — каждая форма должна мешать производству своего зеркального двойника (рис. 2) [9]. Третий пункт и спасает систему от размывания: минорный энантиомер не просто отстает, он выводится из игры. Первые два условия химикам были знакомы, третьего не находилось сорок лет.
Рисунок 2. Три условия Фрэнка. Схема самоусиливающегося асимметрического катализа. Каждый энантиомер продукта запускает собственный цикл, в котором катализирует свое же образование: это автокатализ в сочетании с энантиоселективностью. Но двух циклов мало — без связи между ними энантиомерный избыток от поколения к поколению только размывается. Третий элемент — взаимное подавление: «правая» и «левая» ветви мешают друг другу, связывая минорный энантиомер в неактивную форму и выводя его из конкуренции. Только все три условия вместе превращают случайный микроскопический перекос в полное господство одной формы.
Каган, 1986: открытие нелинейности
Откуда же взяться усилению? Анри Каган присмотрелся к устройству самого катализатора. Во многих реакциях работает не голый атом металла, а металл с прицепленными к нему вспомогательными молекулами — их называют лигандами. Металл здесь — рабочий инструмент, а лиганд, сам хиральный, — та самая подсказка, которая решает, какую из двух зеркальных форм получит продукт. Если на один атом металла садятся сразу два таких лиганда, из смеси «левых» и «правых» соберутся три разных катализатора: «левый с левым», «правый с правым» и смешанный. Работают они по-разному — и в этом все дело. Когда смешанный вариант ленив, он связывает молекулы минорной формы и выводит их из игры — вместе с равным числом мажорных. Оставшиеся мажорные работают в одиночку и дают продукт такой чистоты, будто катализатор с самого начала был идеальным.
В 1986 году Каган описал три реакции, где зависимость была не прямой, а кривой [10], [11] (рис. 3). В эпоксидировании гераниола по Шарплессу она шла вверх: продукт оказался чище катализатора. Так появилось понятие нелинейного эффекта — и третье условие Фрэнка, воплощенное в пробирке. Сам асимметрический катализ к этому моменту уже стал большой темой и впоследствии принес еще две Нобелевские премии — 2001 и 2021 годов; о второй из них, за органокатализ, «Биомолекула» писала в статье «Проще, чем вы думали, — за что вручили Нобелевскую премию по химии (2021)» [12].
Рисунок 3. Пять типов зависимости чистоты продукта от чистоты катализатора. По горизонтали — энантиомерный избыток лиганда (eeL), по вертикали — энантиомерный избыток продукта (eeP). (a) — линейная зависимость, которую до 1986 года считали единственно возможной; (b) — положительный нелинейный эффект: кривая идет выше прямой, продукт чище катализатора — именно это и открыл Каган. (c) — отрицательный эффект, когда активнее оказывается гетерохиральный комплекс. (d) — гиперположительный эффект: максимум чистоты достигается не при чистом лиганде, а при частично рацемическом — предсказан Каганом в середине 1990-х и найден экспериментально лишь в 2020 году. (e) — энантиодивергентный эффект: при изменении eeL продукт меняет знак, то есть одна и та же система начинает давать зеркальный изомер. Форма кривой — диагностический инструмент: по ней судят о том, сколько молекул лиганда входит в активный комплекс и какие агрегаты работают в растворе.
Соаи, 1995: реакция, которая делает сама себя
Кэнсо Соаи в 1990 году нашел первый настоящий асимметрический автокатализ, но чистота в нем падала: катализатор с ee 86% давал продукт с ee 35% [13]. Через пять лет он перебрал множество альдегидов и остановился на пиримидин-5-карбальдегиде: при реакции с диизопропилцинком образуется пиримидильный спирт, который и служит катализатором. Результат был опубликован в Nature в 1995 году [14]: катализатор с ee 5% дал продукт с ee 55%, второй цикл — 87%, дальше плато около 90%. Пять процентов на входе, девяносто на выходе.
В 2003 году стартовали с избытком 0,00005% — статистическим шумом — и за три цикла получили ee выше 99,5% [15]: соотношение изомеров изменилось примерно в 630 000 раз. А если не добавлять ничего хирального вовсе, реакция все равно приходит к резко несимметричному итогу: «идеально рацемическая» смесь идеальна лишь в среднем, и усиливающий механизм достаточно чувствителен, чтобы подхватить случайную флуктуацию в несколько молекул и раздуть ее до макроскопического масштаба [16]. Модель Фрэнка впервые заработала в колбе [17].
Как именно устроено это усиление, выясняли тридцать лет — об этом речь пойдет дальше.
Рисунок 4. Что происходит в колбе: автокаталитический цикл через цинковый полуацетал. (а) — интермедиаты, пойманные масс-спектрометрией высокого разрешения прямо в ходе реакции, с характерными изотопными картинами цинка: мономерный алкоксид I1, его димер I2, полуацетали I3 и I5, комплексы полуацеталя с альдегидом (I6) и с диизопропилцинком (I7); (б) — собранный из этих данных каталитический цикл: алкоксид и альдегид дают цинковый полуацетал — самую медленную, скорость-определяющую стадию; затем к нему координируются субстрат и алкилирующий агент, происходит перенос изопропильной группы с менее затрудненной стороны, и цикл замыкается, высвобождая новый полуацетал; (в) — концентрация полуацеталя во времени (внизу) на фоне расхода альдегида и накопления спирта (вверху): катализатор нарастает в начале, проходит максимум в точке перегиба сигмоиды, а затем исчерпывается.
Отсюда же понятна и внешняя картина реакции: она начинается с индукционного периода, когда почти ничего не происходит, затем резко разгоняется и выходит на плато — классическая сигмоида автокатализа (рис. 5). Пиримидиновые системы быстрее пиридиновых, потому что электронодефицитный гетероцикл облегчает образование того самого полуацеталя.
Рисунок 5. Кинетика автокатализа: индукционный период и сигмоида. Расход альдегида и накопление продукта во времени для четырех автокаталитических систем при низкой и высокой начальной концентрации альдегида; справа — профили, рассчитанные по кинетической модели из девятнадцати дифференциальных уравнений. Видно главное свойство автокатализа: пока катализатора мало, реакция почти стоит, затем сама себя разгоняет. Серые кривые — побочное восстановление альдегида до ахирального первичного спирта, которое при малых концентрациях идет быстрее самой автокаталитической реакции; без его учета порядок реакции по альдегиду определяли неверно.
Чего это открытие не означает
Реакция Соаи не объясняет происхождение биологической гомохиральности: диизопропилцинк бурно реагирует с водой, а жизнь зародилась в воде. Модель Фрэнка — лишь один из сценариев события, случившегося миллиарды лет назад. Это снятие запрета, а не ответ на вопрос: химическая система в принципе способна породить асимметрию из симметрии и усилить ее до предела, и для этого не нужно ни космического излучения, ни вмешательства извне — достаточно правильно устроенной кинетики. А как выглядела бы жизнь, выбравшая противоположный энантиомер, и почему ее обитатель умер бы от голода среди съедобной на вид еды, «Биомолекула» прикидывала в статье «Альтернативная биохимия» [18].
Анри Кагану, которого обошли премией 2001 года за асимметрический катализ, сейчас 95 лет; Кэнсо Соаи — 76. А как именно устроено усиление, разбираемся дальше: тридцать лет спор шел между двумя моделями — блоками из четырех молекул у Денмарка и переходным полуацеталем у Траппа [19], [20].
Кто на самом деле разгоняет реакцию
В реакции Соаи продукт помогает собственному производству. Но как устроен этот помощник, химики выясняли тридцать лет.
Одна группа во главе со Скоттом Денмарком разобрала «взрослые» частицы, которые плавают в колбе. Оказалось, что молекулы продукта не любят быть поодиночке: они сцепляются по четыре в компактный блок, скрепленный атомами цинка [19]. Блоки, собранные из одинаковых «рук», работают, а блоки из правых и левых молекул вперемешку — почти нет. Примесь чужой «руки» выпадает из дела, и потому чистота продукта растет: система просто отказывается пользоваться смешанными инструментами.
Другая группа, которой руководит Ольгерд Трапп, пошла с другой стороны: она следила за реакцией не после, а прямо в процессе — с помощью масс-спектрометра (прибора, который определяет массу молекул, разделяя их по отношению массы к заряду в электрических и магнитных полях). И поймала частицу, которую никто не ждал: молекула продукта успевает подхватить молекулу исходного вещества, и эта парочка, а не одиночная молекула, разгоняет реакцию [20].
В 2025 году обе картины сошлись в ту, что показана на рисунке 4: парочка действительно работает, а затем собирается в блоки из четырех молекул [17]. Для нашей истории это хорошая новость: механизм усиления перестал быть черным ящиком — это машина, разобранная по винтикам.
Какую роль сыграло открытие в фармацевтике
Зачем все это нужно за пределами одной странной реакции?
Более половины современных лекарств — «однорукие»: действует одна зеркальная форма, вторая в лучшем случае балласт, в худшем — яд (рис. 6). Именно талидомидовая трагедия переписала мировые правила испытания лекарств, и эту историю «Биомолекула» разбирала в статье «С миру по нитке: как соединились компоненты клинического исследования» [21]. О том же, как химики учились получать одну-единственную зеркальную форму без металлов и ферментов, читайте в материале о премии 2021 года за органокатализ [12]. Нобелевский комитет прямо сказал, что открытия лауреатов сыграли решающую роль для химиков, которые разрабатывают производство лекарств.
Нелинейные эффекты Кагана здесь — способ сэкономить, причем ощутимо. Интуиция подсказывает: хочешь чистый продукт — бери чистое сырье. Но если реакция сама усиливает чистоту, сырье можно взять подешевле, с примесью чужой «руки», ведь реакция дотянет. Химики компании Merck еще в 1993 году встроили этот прием в настоящий производственный синтез: сырье для катализатора имело чистоту всего 70%, а продукт вышел с чистотой 95% [22].
Рисунок 6. Урок талидомида. (а) — скелетные формулы обоих энантиомеров талидомида. Препарат продавался как рацемат: одна форма (R) снимала тошноту у беременных, вторая (S) — тератоген, из-за которого в конце 1950-х — начале 1960-х родились тысячи детей с пороками развития (б). После этой трагедии регуляторы требуют проверять оба зеркальных варианта каждого нового лекарства, а химики — выпускать чистый энантиомер.
Реакция-детектив
У реакции Соаи есть и вторая профессия. Она до того чутка к подсказке, что ее можно использовать как детектор. В чистую симметричную смесь добавляют каплю исследуемого вещества, хоть микрограмм, и смотрят, какая «рука» наросла в колбе. Выросли правые — значит, в пробе был перевес правой формы. Так узнают не только знак перевеса, но и саму хиральность молекулы, которую другими способами не проверишь: реакция различает даже вещества, у которых зеркальность спрятана так глубоко, что обычные приборы ее не видят [17].
Откуда взялась первая «рука»
Но главный адресат этих работ — вопрос, вынесенный в заголовок статьи: откуда взялась «однорукость» жизни?
Идей о том, что сломало равенство «рук» на ранней Земле, много. В метеоритах L-аминокислоты слегка перевешивают (рис. 7) — подробнее об этих находках «Биомолекула» писала в статье «Приключения аминокислот: в космосе, на Земле и под землей» [7]. Свет некоторых звёзд закручен по спирали и по-разному действует на зеркальные молекулы. Обычный кварц бывает «левым» и «правым». Даже замена атома водорода на его тяжелого «собрата» делает молекулы зеркально разными. Проблема никогда не была в нехватке кандидатов — а в том, что каждый из них дает перевес в доли процента, а жизнь требует ста. Не хватало машины, которая доводит микроперевес до полного господства. Реакция Соаи — первая такая машина [3].
Рисунок 7. Метеорит Мурчисон. Фрагмент метеорита, упавшего в Австралии в 1969 году, и выделенные из него частицы. В углистых хондритах Мурчисона найдено более 90 аминокислот, причем некоторые присутствуют с небольшим L-избытком — один из самых обсуждаемых намеков на то, что хиральный перекос мог быть занесен на Землю из космоса. Автокаталитическое усиление показывает, как такой перекос в принципе мог бы дорасти до гомохиральности.
При этом сделанная выше оговорка остается в силе. Реакция Соаи — модель, а не реконструкция прошлого: ее реактивы боятся воды, а жизнь начиналась в воде. Поэтому следующий шаг очевиден: найти такую же самоусиливающуюся реакцию, которая работала бы в теплом пруду, а не в сухой пробирке. Тридцать лет, потраченные на разбор реакции Соаи, не пропали — теперь химики знают, что именно искать.
Что дальше
Одна ветка ведет к происхождению жизни: самокопирующаяся молекула, которая еще и выбирает себе «руку», — почти готовый сюжет перехода от химии к биологии, мостик к миру РНК [3], о котором «Биомолекула» рассказывала в статье «Механика докембрийского периода» [6]. Другая — к космосу: реакция-детектив позволяет проверять пробы метеоритов и кометной пыли, которых у ученых считаные миллиграммы. Третья — к материалам: тот же прием усиления переносят на полимеры, жидкие кристаллы и другие «однорукие» материалы — от сенсоров до покрытий, различающих закрученный свет [3].
В отличие от многих других Нобелевских премий, в 2026 году награда выдана не только за практические аспекты открытия, но и за далеко идущие последствия, приближающие нас к разгадке тайны возникновения жизни. Каган показал, что химическая система может усиливать собственную асимметрию, Соаи — что она может копировать саму себя, выбирая при этом один энантиомер. Эти два результата показывают, каким может быть путь от неживого к живому. Ученые работают над тем, чтобы когда-то его можно было пройти и в пробирке.
Литература
- Номенклатурный работник стереохимии;
- Kenso Soai, Itaru Sato, Takanori Shibata, Soichiro Komiya, Masanobu Hayashi, et. al.. (2003). Asymmetric synthesis of pyrimidyl alkanol without adding chiral substances by the addition of diisopropylzinc to pyrimidine-5-carbaldehyde in conjunction with asymmetric autocatalysis. Tetrahedron: Asymmetry. 14, 185-188;
- Ben L. Feringa, Richard A. van Delden. (1999). Absolute Asymmetric Synthesis: The Origin, Control, and Amplification of Chirality. Angewandte Chemie International Edition. 38, 3418-3438;
- Наступает эра стереоизомеров;
- D-аминокислоты: не только в Зазеркалье;
- Механика докембрийского периода;
- Приключения аминокислот: в космосе, на Земле и под землей;
- F.C. Frank. (1953). On spontaneous asymmetric synthesis. Biochimica et Biophysica Acta. 11, 459-463;
- Oliver Trapp. (2020). Efficient Amplification in Soai's Asymmetric Autocatalysis by a Transient Stereodynamic Catalyst. Front. Chem.. 8;
- C. Puchot, O. Samuel, E. Dunach, S. Zhao, C. Agami, H. B. Kagan. (1986). Nonlinear effects in asymmetric synthesis. Examples in asymmetric oxidations and aldolization reactions. J. Am. Chem. Soc.. 108, 2353-2357;
- Thibault Thierry, Yannick Geiger, Stéphane Bellemin-Laponnaz. (2022). Observation of Hyperpositive Non-Linear Effect in Asymmetric Organozinc Alkylation in Presence of N-Pyrrolidinyl Norephedrine. Molecules. 27, 3780;
- Проще, чем вы думали, — за что вручили Нобелевскую премию по химии (2021);
- Kenso Soai, Seiji Niwa, Hiroshi Hori. (1990). Asymmetric self-catalytic reaction. Self-production of chiral 1-(3-pyridyl)alkanols as chiral self-catalysts in the enantioselective addition of dialkylzinc reagents to pyridine-3-carbaldehyde. J. Chem. Soc., Chem. Commun.. 982;
- Kenso Soai, Takanori Shibata, Hiroshi Morioka, Kaori Choji. (1995). Asymmetric autocatalysis and amplification of enantiomeric excess of a chiral molecule. Nature. 378, 767-768;
- Itaru Sato, Hiroki Urabe, Saori Ishiguro, Takanori Shibata, Kenso Soai. (2003). Amplification of Chirality from Extremely Low to Greater than 99.5 % ee by Asymmetric Autocatalysis. Angew Chem Int Ed. 42, 315-317;
- Daniel A. Singleton, Loan K. Vo. (2002). Enantioselective Synthesis without Discrete Optically Active Additives. J. Am. Chem. Soc.. 124, 10010-10011;
- Patrick Möhler, Gloria Betzenbichler, Laura Huber, Alexander F. Siegle, Oliver Trapp. (2025). Mechanistic analysis and kinetic profiling of Soai’s asymmetric autocatalysis for pyridyl and pyrimidyl substrates. Nat Commun. 16;
- Альтернативная биохимия;
- Soumitra V. Athavale, Adam Simon, Kendall N. Houk, Scott E. Denmark. (2020). Demystifying the asymmetry-amplifying, autocatalytic behaviour of the Soai reaction through structural, mechanistic and computational studies. Nat. Chem.. 12, 412-423;
- Oliver Trapp, Saskia Lamour, Frank Maier, Alexander F. Siegle, Kerstin Zawatzky, Bernd F. Straub. (2020). In Situ Mass Spectrometric and Kinetic Investigations of Soai's Asymmetric Autocatalysis. Chemistry A European J. 26, 15871-15880;
- С миру по нитке: как соединились компоненты клинического исследования;
- Shengming Ma, Guoxin Zhu, Xiyan Lu. (1993). Controlling factors on the stereochemistry of palladium(II)-catalyzed cyclization of 1'-alkyl-4'-chloro-2'-alkenyl 2-alkynoates. J. Org. Chem.. 58, 3692-3696.

Комментарии
0Чтобы оставить комментарий, необходимо
войти