https://www.thermofisher.com/ru/ru/home/products-and-services/promotions/russia-promos.html?cid=bid_cbu_sbu_r03_ru_cp1381_pjt6312_we43366_0db_bim_da_awa_at_s00_Biomolec
Подписаться
Оглавление

Содержание

  1. Криминалистика: наука или нет? Современные реалии и различия существующих «школ»
    1. Судебная экспертиза: это криминалистика?
    2. Первые судебные экспертизы в истории
  2. Раскрыто по горячим следам!
  3. Разнообразие судебных экспертиз и криминалистических техник
    1. Экспертизы «ЧП»
    2. Экспертизы «ЧЭТ»
    3. Трасологические экспертизы
    4. Биометрические экспертизы
    5. Медико-биологические экспертизы
  4. Три кризиса криминалистики и немного философии. Появление молекулярно-генетической экспертизы
    1. Дактилоскопия, серология или генетика: какой вид экспертизы выиграет в борьбе за звание «золотого стандарта» идентификации?
    2. Investigator Argus X-12 QS Kit
    3. Общая схема проведения молекулярно-генетической экспертизы
    4. QIAGEN: решения для выделения и хранения ДНК
    5. Комплексно-ситуационный подход в расследовании преступлений: дело террориста из «Домодедово»
Биомолекула

Криминалистика и судебные экспертизы: запутанная история

Криминалистика и судебные экспертизы: запутанная история

  • 1164
  • 0,9
  • 0
  • 1
Добавить в избранное print
Обзор

Успешное расследование самых разнообразных дел было бы невозможно без работы экспертов-криминалистов

Кто такой эксперт-криминалист? На самом деле, один только этот вопрос может ввести читателя в ступор. «Наверное, это тот, кто осматривает место происшествия», — скажет один. «Или же тот, кто проводит анализ улик», — дополнит его товарищ. «Специалист-криминалист должен уметь проводить молекулярно-генетическую экспертизу», — выскажет свое предположение третий участник. «Да, а еще он должен разбираться в оружии, ядах, психологии, и, конечно же, уметь снимать отпечатки пальцев!» — заметит четвертый. Кто же из них прав? Удивительно, но верны предположения всех участников дискуссии. «Неужели один-единственный человек может обладать таким количеством знаний и навыков?» — с удивлением спросите вы. Ответом на это будет: «Нет» (если, конечно, мы с вами не ведем речь о Шерлоке Холмсе или другом гениальном сыщике :-) ). В реальной жизни экспертов-криминалистов — узких специалистов в своей области — большое множество: так же, как и видов криминалистических экспертиз, которыми они занимаются. В этой статье спецпроекта «Криминалистика» мы поближе познакомимся с этой невероятно интересной наукой, выясним, какие бывают судебные экспертизы и попытаемся немного разобраться в их многообразии.

Криминалистика

Спецпроект посвящен криминалистике — науке, которая занимается расследованием преступлений.


QIAGEN

Партнер публикации — компания QIAGEN (Германия), мировой лидер по разработке реагентов и оборудования для проведения фундаментальных и прикладных исследований в области молекулярной биологии.
В качестве рецензента выступила ведущий специалист по идентификации личности в «Кайджен Рус» (ранее — сотрудник ведущих лабораторий Министерства внутренних дел и Следственного комитета России), член международной организации судебных генетиков Марина Вячеславовна Барышева.


Спецпроект выполнен в сотрудничестве со Следственным комитетом Российской Федерации. Куратор спецпроекта — старший эксперт отдела медико-биологических исследований судебно-экспертного управления Следственного комитета Российской Федерации Сергей Васильевич Кряжов.
Вместе с ним эту статью рецензировали старшие эксперты отдела медико-биологических исследований судебно-экспертного управления Следственного комитета Российской Федерации Алексей Алексеевич Мокроусов и Анна Игоревна Баранова.


Также в качестве рецензента мы пригласили Елену Клещенко — биолога, научного журналиста и писателя, заместителя главного редактора портала PCR.news, автора книги «ДНК и её человек».

Этот материал продолжает цикл публикаций, посвященных криминалистике. В первой статье нашего спецпроекта мы рассказывали об истории становления криминалистики, ее современном состоянии и дальнейших перспективах развития [1]. В новой публикации мы детально разберемся в определении криминалистики, уделим особое внимание различным видам судебных экспертиз и подготовим почву для будущих статей цикла, в которых будет подробно рассказываться о молекулярно-генетической, эпигенетической и других видах экспертиз.

Криминалистика: наука или нет? Современные реалии и различия существующих «школ»

Что такое криминалистика? Удивительно, но сегодня не существует однозначного ответа на этот вопрос, ведь мнения специалистов-криминалистов из разных стран немного различаются. В этой главе мы рассмотрим, как криминалистику определяют и понимают в России и других странах. Свой рассказ мы начнем с отечественного взгляда на эту дисциплину.

Если открыть любое российское издание, посвященное криминалистике, мы сможем прочесть: «Криминалистика — это наука...». Если подойти к эксперту-криминалисту и спросить, кто он и чем занимается, он скажет: «Я — эксперт-баллист», или «Я — эксперт-биолог», или «Я — эксперт-химик», и так далее. Как правило, эксперт-криминалист редко называет себя именно таковым и обычно характеризует свою профессиональную деятельность с позиции той прикладной области, которой он занимается. В этом отражена очень важная особенность, характерная черта криминалистики как научной дисциплины и как профессии. Давайте попробуем в этом разобраться.

Существует множество определений криминалистики как науки. Ниже приведены некоторые из них:

1. Криминалистика
(от лат. criminalis — «преступный», «относящийся к преступлению») прикладная юридическая наука, исследующая закономерности приготовления, совершения и раскрытия преступлений, возникновения и существования его следов, собирания, исследования, оценки и использования доказательств, а также разрабатывающая систему основанных на познании этих закономерностей специальных приемов, методов и средств, применяемых в ходе предварительного расследования для предупреждения, раскрытия и расследования преступлений, а также при рассмотрении уголовных дел в судах. — «Википедия».
2. Криминалистика
это наука о закономерностях механизма преступления, возникновения информации о преступлении и его участниках, собирания, исследования, оценки и использования доказательств, а также основанных на познании этих закономерностей специальных средствах и методах раскрытия, расследования и предотвращения преступлений. — Белкин Р.С. Криминалистика. 2001.
3. Криминалистика
(также известная как судебная наука) является таким направлением, которое практикует применение науки к уголовному и гражданскому праву, главным образом в ходе уголовного расследования и регулируется правовыми нормами, описывающими процесс расследования и работы с доказательствами. Основная решаемая задача — сбор, сохранение и анализ научных доказательств в ходе расследования. — Study.com и Crimesceneinvestigatoredu.org.
4. Криминалистика
может быть определена как применение научных методов для поиска, сбора, определения и сравнения вещественных доказательств, появившихся в результате преступной или незаконной деятельности. Это также предполагает осуществление реконструкции таких событий путем оценки вещественных доказательств и преступления. — Britannica.com.

Таким образом, получается, что криминалистика как наука:

  • изучает поведение людей и их поступки, причем только ту область, которую человечество определило, как преступление;
  • имеет четкую взаимосвязь с юриспруденцией, правоохранительными и судебными органами;
  • занимается непосредственной работой с уликами и следами преступления как на месте происшествия, так и в лабораторных условиях.

С историей становления и развития криминалистики и судебной экспертизы можно ознакомиться в нашей первой статье: «Наука на службе закона: криминалистика» [1], которая является «предысторией» данного цикла публикаций. В этом же тексте мы сосредоточимся на современных реалиях зарубежной и отечественной практики, и, поскольку попытка обобщения разных классификаций вызовет только еще бóльшую путаницу, разработаем собственную авторскую классификацию для разных видов экспертиз и задач, решаемых криминалистикой.

Если обратиться к отечественной истории, то первоначально криминалистика именовалась «уголовная техника», то есть была ближе к современному пониманию судебной экспертизы или исследования [2]. Она имела сугубо прикладную роль, ей не отводилось отдельного значения. Все изменилось, когда криминалистику включили в качестве составной части юридической науки в группу уголовно-правового цикла вместе с такими науками как уголовное право, криминология , судебная статистика, судебная медицина и т.д. [3]. Базовым элементом отечественной криминалистики стала теория криминалистики, отражающая ее методологические основы. Эта теория впитала в себя фундаментальные элементы философии, логики и этики. Любое направление криминалистических экспертных исследований учитывает базовые элементы теории криминалистики. Наравне с теорией есть еще три основных элемента: криминалистическая техника, криминалистическая тактика и методика расследования отдельных видов преступлений.

Следует понимать, что криминология и криминалистика — это разные науки. Определения криминалистики мы давали выше, и, как мы помним, это во многом прикладная наука, направленная на расследование преступлений, сбор и исследование улик. Криминология же — это скорее теоретическая наука, которая изучает преступность вообще и личность преступника в частности, причины и условия возникновения преступности, пути и средства ее предупреждения.

В Европе и Америке криминалистика в процессе своего развития разделилась на два больших направления: собственно криминалистику и «полицейскую технику». «Полицейская техника» — это профессия техника-криминалиста, обладающего набором специальных навыков и умений. А под собственно криминалистикой понимают конгломерат так называемых судебных наук (в основном естественной и технической природы).

При первоначальном знакомстве может показаться, что западная криминалистика во главу угла ставит утилитарный подход. Это выражается в том, что к названию научного направления просто прибавляется слово forensic, что в переводе означает «судебный». Таким образом, в западной криминалистике задействованы эксперты самых разнообразных направлений: судебные геологи, судебные энтомологи, судебные генетики, судебные баллисты, судебные дактилоскописты и так далее. И такому подходу есть вполне логичное объяснение. В силу исторически сложившихся особенностей системы правосудия, специалисты в различных областях приглашались в качестве экспертов при проведении судебных расследований. Как правило, это были врачи, а также специалисты и преподаватели различных научных дисциплин. Благодаря этому за некоторыми кафедрами различных университетов закрепились дополнительные функции — специалистов этих кафедр стали привлекать к участию в судебных заседаниях, консультированию адвокатов и правоохранительных органов, а также проведению экспертиз.

Таким образом, с точки зрения отечественной школы, криминалистика — это самостоятельная наука. Тогда как в Европе и Америке это скорее прикладная дисциплина, которая гибко подстраивается под цели и запросы конкретных решаемых задач, экспертиз и расследований.

Раскрыто по горячим следам!

Заголовок со схожим смыслом вы часто могли видеть в различных заметках и репортажах. Но знаете ли вы, что такое след с экспертно-криминалистической точки зрения?

Отпечаток обуви в грунте — след без сомнения. А телефонный звонок? Это тоже след. Практически любое наше взаимодействие с окружающим миром оставляет следы: некоторые из них явные, а для выявления других приходится поработать специалистам. Всякое преступление оставляет следы, поэтому места происшествия необходимо внимательно осматривать. Это позволяет выявить следы как самого преступления, так и лица, его совершившего.

Криминалистическое исследование места происшествия — это самое первое действие, нацеленное на раскрытие преступления. Основные задачи этого действия — обнаружение и сохранение следов преступлений, их изъятие, а также вынесение первых версий о том, что произошло. Экспертов-криминалистов, которые занимаются этим видом деятельности можно сравнить с мультитýлом (универсальным инструментом) из серии «21-в-одном». Эти специалисты обладают знаниями в разных научных областях и владеют множеством специальных криминалистических техник, включающих дактилоскопические, химические, трасологические, биологические, баллистические, генетические, геологические и другие. Именно этих специалистов имеют в виду, когда упоминают криминалистов или полицейских техников. Анализируя следы преступления, они выносят первые предположения и сохраняют улики, что дает возможность проведения последующих специальных исследований. Следы преступления, а также предметы, их на себе несущие, в ходе расследования приобретают статус вещественных доказательств (улик).

Исследование вещественных доказательств — это следующий этап. Он начинается, когда улики с места происшествия отправляются в специализированные криминалистические лаборатории. Как мы уже говорили, в разных странах классификация специальных криминалистических и экспертных методов исследования весьма разнообразна. Это объясняется тем, что иногда для решения того или иного дела правосудию требуются ответы от специалистов самых разнообразных научных областей. Как правило, следователь или судья направляет вещественное доказательство в специализированную криминалистическую лабораторию, а если она отсутствует, привлекаются специалисты университетов или иных научных учреждений.

Разнообразие судебных экспертиз и криминалистических техник

Провести границу между разными видами криминалистических экспертиз иногда бывает очень сложно, так как объекты исследования могут объединять в себе, в зависимости от условий и ситуаций, несколько качеств и свойств. Для демонстрации этого возьмем простой пример. На месте преступления обнаружены следы крови. Какой вид экспертизы можно назначить? Возможно, вы скажете: «Если нужно узнать, чей это след крови, то, конечно, следует назначить молекулярно-генетическую экспертизу!». А если мы добавим, что это отпечаток окровавленного пальца? Наверное, вы уточните: «Тогда нужно провести дактилоскопическое исследование» (рис. 1). А если этот отпечаток окровавленного пальца оставлен на коже убитого человека? Кто должен проводить экспертизу? «Возможно, судебно-медицинский эксперт?» — решите вы... Но те же следы крови, если они остались на месте происшествия, могут являться объектом трасологических исследований (когда изучаются следы механического воздействия). При этом эксперты-трасологи будут воспринимать следы крови не как отметки биологического происхождения, а всего лишь как краситель, оставшийся на каком-либо исследуемом объекте.

Сбор вещественных доказательств на месте преступления

Рисунок 1. Сбор вещественных доказательств на месте преступления. Окровавленный отпечаток пальца — важная улика, которая несет в себе основную информацию об оставившем его человеке. Идентифицировать преступника помогут различные виды криминалистических экспертиз.

Переходя к перечислению и попытке классификации, мы остановимся на различиях в целях назначения экспертиз. К ним относятся: 1) реконструкция событий и 2) вопросы идентификации. Чтобы объяснить, что мы имеем в виду, вернемся к примеру с окровавленным отпечатком пальца.

Допустим, мы нашли талантливого универсального эксперта-криминалиста, который может провести любые виды исследований и вытянуть из этого следа максимум информации. Он составил заключение эксперта на 120 листах и ответил на все наши вопросы. При этом все его ответы можно разделить на две части: первая часть будет описывать и реконструировать условия, при которых остался этот окровавленный след, а вторая часть будет сосредоточена на том, чья кровь обнаружена в этом следе и чьим пальцем он оставлен.

Таким образом, используя эту логику и реконструируя обстоятельства происшествия, криминалист в своей работе как бы возвращается на место событий и проводит анализ того, что же произошло. Идентификационные же исследования занимаются изучением как объектов биологического происхождения (человека или его следов, например, отпечатков пальцев, — это так называемая биометрическая идентификация), так и небиологического, и позволяют собрать информацию как об орудии преступления, так и о возможном преступнике (рис. 2).

Экспертиза следов обуви

Рисунок 2. Экспертиза следов обуви. На месте преступления обнаружен отпечаток протектора обуви в грязи. Цепочка следов и даже след одного ботинка несут информацию не только о марке и модели обуви, но также рассказывают и о ее владельце — размере стопы, особенностях походки, росте, иногда о перенесенных травмах, особенностях развития или заболеваниях. Экспертизой следов обуви в частности и следов в более широком смысле занимаются специалисты-трасологи.

Теперь, понимая цели проведения криминалистических экспертиз, попробуем перечислить все их основные виды. Предварительно мы разделим их на четыре большие группы нашей авторской классификации (табл. 1).

Таблица 1. Авторская классификация судебных экспертиз
Экспертизы «ЧП» («Что Произошло?»):
  • экспертно-криминалистический осмотр места происшествия;
  • судебная археология;
  • экологическая экспертиза;
  • ситуационная (ситуалогическая) экспертиза;
  • экспертиза следов крови (трасология следов крови);
  • пожаро-, взрывотехническая экспертиза.
Трасологические экспертизы:
  • баллистическая экспертиза;
  • экспертиза следов обуви;
  • экспертиза дорожно-транспортных происшествий;
  • экспертиза следов взлома;
  • криминалистическая трасология (экспертиза следов орудий и инструментов);
  • медико-криминалистическая экспертиза повреждений.
Экспертизы «ЧЭТ» («Что Это Такое?»):
  • экспертиза материалов веществ и изделий (КЭМВИ);
  • почвенно-ботаническая экспертиза;
  • минералогическая экспертиза;
  • технологическая и инженерная экспертиза;
  • пищевая экспертиза;
  • экспертиза цифровых устройств, изображений и информационно-коммуникационных технологий;
  • токсикологическая экспертиза;
  • экспертиза наркотических веществ;
  • исследование документов;
  • экономическая экспертиза;
  • экспертиза взрывчатых веществ;
  • экспертиза холодного оружия;
  • экспертиза материалов, волокон и микрочастиц;
  • судебная энтомология.
Экспертизы биометрические:
  • фоноскопическая экспертиза;
  • лингвистическая экспертиза;
  • почерковедческая экспертиза;
  • автороведческая экспертиза;
  • дактилоскопия;
  • судебная медицина;
  • биологическая и ботаническая экспертизы;
  • исследование психофизиологических состояний;
  • судебная антропология;
  • антропоскопия;
  • судебная одонтология (стоматология);
  • молекулярно-генетическая экспертиза;
  • (криминалистическая) био- и антропометрия;
  • габитоскопия.
Экспертизы медико-биологические:
  • судебная ботаника;
  • судебная экология;
  • судебно-альгологические исследования;
  • судебная биохимия;
  • судебная гистология;
  • молекулярно-генетическая экспертиза;
  • судебная гистология;
  • судебная серология и цитология;
  • судебная энтомология.

Мы хотим еще раз подчеркнуть, что данная классификация носит весьма условный характер . Она составлена во многом для того, чтобы хотя бы немного структурировать разнообразные виды существующих на сегодняшний день экспертиз и облегчить их понимание для читателя. Как мы видим, одни и те же или очень близкие виды экспертиз могут находиться в составе разных групп. К примеру, пожаро- и взрывотехническая экспертизы ищут ответ на вопрос «Что произошло?», тогда как родственная им экспертиза взрывчатых веществ уже направлена на идентификацию самого этого вещества. Или, например, судебная ботаника и судебная энтомология с одной стороны отвечают на вопрос: «Что Это Такое?», с другой — изучают биологические объекты (растения, насекомых), что позволяет отнести их к медико-биологическим экспертизам. Судебная антропология также может быть включена как в группу биометрических, так и в группу медико-биологических экспертиз: с одной стороны, она реконструирует человеческий облик, с другой — занимается идентификацией останков. Можно привести еще очень много таких примеров.

Здесь мы приведем ссылки на официальные списки судебных экспертиз разных стран:
— Россия — «Перечень родов (видов) судебных экспертиз, производимых в экспертно-криминалистических подразделениях Органов внутренних дел Российской Федерации». Включает 31 вид экспертиз.
— Европа — Европейская сеть институтов судебных наук (European Network of Forensic Science Institutes, ENFSI) представлена семнадцатью экспертными рабочими группами.
— США — Американская академия судебных наук выделяет 11 криминалистических направлений.

Согласно российской правовой системе все перечисленные в таблице 1 виды экспертиз можно также разделить на традиционные (к которым относятся трасология, баллистика и дактилоскопия) и нетрадиционные (все остальные — просим не путать их с такими понятиями, как «нетрадиционная (альтернативная) медицина»! :-) ). Нетрадиционные экспертизы — это такие исследования, которые не входят в группу уже утвердившихся «криминалистических» направлений. Так, например, согласно российскому законодательству, любые граждане, обладающие специальными знаниями, могут выступать в качестве экспертов. Следовательно, в случае необходимости, следствие и суд в любой момент может назначить судебного эксперта-животновода, судебного эксперта-электрика, судебного эксперта-историка. Предельное число возможных вариантов ограничено только количеством направлений в науке и практике. В традиционной же экспертизе развитие практически закончилось, тем не менее она активно используется при расследовании преступлений.

Далее мы подробнее остановимся на некоторых видах экспертиз, перечисленных в таблице 1. Стоит отметить, что подробному рассказу о молекулярно-генетической экспертизе и о некоторых других видах нижеперечисленных экспертиз будут посвящены дальнейшие статьи нашего спецпроекта.

Экспертизы «ЧП»

Экспертизы «ЧП» отвечают на вопрос «Что Произошло?» и назначаются, когда следователь должен установить сам факт случившегося происшествия и понять, что же именно произошло. К такому виды экспертизы относится, например, судебная археология — направление криминалистики, которое применяет археологические методы при расследовании места преступления для выявления и исследования контекста и реконструкции цепочки событий (чаще всего это используется при расследовании убийств в случае необходимости поиска и эксгумации останков). Можно сказать, что судебная археология — это история на службе криминалистики.

Экспертизы «ЧЭТ»

Экспертизы «ЧЭТ» отвечают на вопрос «Что Это Такое?» и назначаются, когда следователь хочет узнать природу, состав, свойства анализируемого образца или вещества.

  • Физико-химические исследования материалов, веществ и изделий (КЭМВИ) занимаются исследованием металлов и сплавов, изделий из стекла, полимеров и волокон, лакокрасочных покрытий, нефтепродуктов, химических, лекарственных и наркотических веществ — всем, что помогает ответить на вопрос «Что Это Такое?». Разнообразие методов огромное, но они решают две основные задачи: диагностика вещества и его идентификация. Оборудование, которое разрабатывается и создается для фундаментальных исследований или решения частных задач может использоваться и для этого вида экспертиз. Основная характеристика используемых здесь методов — чувствительность и возможность проведения количественного анализа.
  • Судебная баллистика исследует огнестрельное оружие и боеприпасы, их применение и идентифицирует конкретный экземпляр «пушки», из которой был произведен выстрел. Также может отвечать на вопрос: «Что произошло?», поскольку определяет обстоятельства применения оружия.
  • Исследование холодного оружия решает вопрос о том, является ли какой-либо конкретный экземпляр ножа или сабли холодным оружием или изделием бытового или сувенирного назначения.
  • Технико-криминалистическое исследование денег и документов занимается изучением денежных средств, документов, удостоверений личности и прочего, как правило, с целью установления их подлинности и технологии изготовления.
  • Исследование почв и минералов по своей сути очень близко к физико-химическому исследованию материалов и веществ, но в большей степени сосредоточено на том, что лежит в земле.
  • Строительная и инженерно-техническая экспертиза занимается оценкой и исследованием строительных проектов, строений и всего, что с этим связано.
  • Экспертиза и исследование компьютерных устройств — одно из самых динамично развивающихся направлений, служащее извлечению доказательств из компьютерных и сетевых устройств, а также электронных носителей.

Трасологические экспертизы

Трасологические экспертизы — одни из старейших в криминалистике. Назначаются для идентификации следа или следов в случае взаимодействия поверхностей двух или более объектов. Например, лом может оставить следы на вскрытой двери, а ствол огнестрельного орудия оставляет следы на пуле. Как правило, основная задача трасологии — это реконструкция событий, а также идентификация объекта, оставившего след. В ходе трасологических исследований могут исследоваться орудия и механизмы, следы транспорта и прочие объекты.

Биометрические экспертизы

Биометрические экспертизы назначаются для измерения, идентификации, оценки состояния человека. Например, фоноскопические, лингвистические и автороведческие экспертизы исследуют аудиозаписи и тексты. При этом молекулярно-генетическая экспертиза также относится к этой группе исследований, так как работает с ДНК — молекулой, хоть и невидимой невооруженным глазом, но доступной для измерения и оценки.

Сюда относится такой известный вид экспертизы как криминалистическая дактилоскопия — идентификация личности по отпечатку пальца. Данная дисциплина представляет собой «продукт» сочетания физической антропологии и биометрии (антропометрии) и очень часто используется в криминалистической практике. Также дактилоскопию применяют и вне криминалистики — в системах безопасности и контроля. Это одно из старейших экспертно-криминалистических направлений, породившее большое число научных работ и специфических техник по выявлению, сохранению, изъятию отпечатков пальцев и дальнейшей работе с ними. Классическая криминалистика относит дактилоскопию к группе трасологических исследований, что не совсем верно, так как на практике криминалисты изучают не механизм образования следов пальцев рук, а пытаются выявить индивидуальные биометрические признаки, которые позволят идентифицировать человека.

Еще один интересный раздел биометрических экспертиз — судебная антропология. В отечественной судебной медицине входит в раздел медицинской криминалистики, но существует в виде отдельных направлений и вне нее. Занимается идентификацией личности и позволяет устанавливать пол, возраст, рост, этническую принадлежность и иные характеристики погибшего по его костным останкам. Чтобы получить представление об этой экспертизе, рекомендуем к просмотру сериал «Кости» (рис. 3).

Исполнители главных ролей сериала «Кости»

Рисунок 3. Эмили Дешанель и Дэвид Борианаз — исполнители главных ролей сериала «Кости», в котором рассказывается о работе судебных антропологов из Джеферсонского университета.

В последнее время активно развивается (криминалистическая) био- и антропометрия, которая занимается идентификацией личности в рамках систем биометрической идентификации.

Медико-биологические экспертизы

Данные виды экспертиз направлены на исследование тканей и жидкостей тела человека, различных биологических объектов.

  • Судебная ботаника изучает растения, их семена и пыльцу.
  • Судебная экология исследует вопросы, связанные с преступлениями в области экологических правонарушений. В данном случае экология рассматривается в контексте охраны природы, а не в качестве отдельной биологической науки. Например, в рамках этой экспертизы можно оценить экономический ущерб при разливе нефти.
  • Судебно-альгологические исследования определяют диатомовый планктон (одноклеточные водоросли) и их ископаемые останки (кремневые панцири). Данный метод позволяет устанавливать факт утопления, а также используется в криминалистике при исследовании микрочастиц.
  • Судебная биохимия — раздел судебной медицины, исследует биохимические показатели в теле живого или погибшего человека: например, разрабатывает и использует способы определения ядов в организме человека.
  • Судебная гистология — раздел судебной медицины, изучающий ткани и патологические процессы: например, она позволяет определить время наступления травмы или установить изменения, характерные для действия какого-либо яда.
  • Судебная серология и цитология, также известная как судебно-медицинская биология. Занимается разработкой и применением методик, основанных на биохимии, иммунологии и цитологии, для определения видовой принадлежности биологических следов (клеток, тканей и др.), а также групповой принадлежности крови. Такую экспертизу проводят для расследования самых разнообразных видов происшествий и преступлений и зачастую используют в паре с молекулярно-генетической экспертизой.Некоторые специалисты полагают, что из-за бурного развития молекулярной генетики судебно-медицинская биология стала скорее ее вспомогательным направлением, помогая установить наличие биологического материала и его природу.
  • Молекулярно-генетическая экспертиза. Как уже упоминалось ранее, данный вид экспертизы относится как к медико-биологическим, так и к биометрическим, и занимается идентификацией живого человека либо останков на основе анализа ДНК. Подробнее мы рассмотрим этот вид экспертизы в главе «Три кризиса криминалистики и немного философии. Появление молекулярно-генетической экспертизы». А наиболее плотное внимание молекулярно-генетической (и эпигенетической) экспертизе мы уделим в следующих статьях нашего спецпроекта.
  • Судебная энтомология. Это довольно узкое направление, которое изучает насекомых,преимущественно некрофагов (падальщиков). Данный вид исследований позволяет устанавливать время наступления смерти и некоторые иные обстоятельства происшествий.

Следует подчеркнуть, что все методы, которые используются в вышеперечисленных экспертизах, обладают некоторыми общими свойствами:

  • все экспертно-криминалистические методы едины в том, что они опираются на строго научные основания;
  • почти все экспертно-криминалистические направления и техники объединяют в себе несколько научных направлений и дисциплин.

При этом некоторые экспертно-криминалистические направления при решении каких-либо задач дополняют друг друга, но бывает, что и конкурируют.

Тем не менее не все виды экспертиз однозначно признаются экспертами-криминалистами. Например, к такому направлению относится судебная одорология (запаховая экспертиза). Криминалистическая одорология исследует запахи и предметы, на которых они остаются. Не следует путать криминалистическую одорологию и полицейскую кинологию (когда собака может найти след и привести к преступнику или обнаружить взрывчатку и наркотические вещества). Криминалистическая одорология делится на два направления: кинологическое и инструментальное. В первом случае для выявления и идентификации запаха человека используют животных, как правило, собак. В инструментальном направлении для этого применяют физико-химические приборы. Однако такая экспертиза (когда анализатором выступает собака, а регистратором ее показаний — эксперт-одоролог) не отличается прозрачностью и воспроизводимостью. Ведь после нескольких «нюхов» животного запаха не остается, а значит, и повторить экспертизу уже нельзя.

Одорологию сложно отнести к какому-то конкретному научному разделу и на практике вне криминалистики, как нам кажется, она не встречается. Сегодня использование данной методики для целей идентификации личности сопровождается большими дискуссиями и не имеет однозначной оценки. Тем не менее в России и в других странах ведутся разработки для использования ольфакторной экспертизы, а иногда ее результаты применяют и в раскрытии реальных преступлений [4], [5].

Три кризиса криминалистики и немного философии. Появление молекулярно-генетической экспертизы

В этой главе мы рассмотрим историю кризисов в криминалистике, которые способствовали развитию и совершенствованию криминалистических методов и, в частности, привели к появлению одного из наиболее перспективных на сегодняшний день криминалистических направлений — молекулярно-генетической экспертизы.

Первый кризис развивался длительно и не был явным: по мере роста народонаселения и увеличения интенсивности миграций многие страны столкнулись с несовершенством методов идентификации личности и судебных экспертиз, что мешало справедливому правосудию. Сначала Франсуа Видок, затем Альфонс Бертильон с рядом последователей, а потом и Уильям Гершель внесли свой вклад в разработку принципов расследования и идентификации личности: трасологию, криминологию, бертильонаж (систему идентификации преступников по их антропометрическим данным), словесный портрет, дактилоскопию и так далее . В результате этого правосудие получило инструменты, непревзойденные в то время по надежности.

Подробности истории становления и развития криминалистики читайте в первой статье нашего спецпроекта «Наука на службе закона: криминалистика» [1]. В этой статье вы узнаете о системе описания внешности и стандартизации фотографирования преступника, разработанной Альфонсом Бертильоном; о возникновении дактилоскопии, «отцом-основателем» которой был Уильям Гершель; и о многих других вехах развития криминалистики.

Дальнейшее развитие общества, науки и юриспруденции потребовало внедрения дополнительных видов экспертиз и общего развития криминалистики. Появились судебная серология и баллистика, претерпели ряд улучшений все другие направления.

Внедрение компьютерных систем и специализированных баз данных для хранения и обработки информации позволили преодолеть второй кризис — невозможность дальнейшего хранения и обработки информации, переполнившей бумажные архивы. Возможно, этот кризис, который произошел в конце 1980-х годов, и не был очень ярким, но сегодня попытка вернутся к бумажным носителям и архивам с тысячами папок учета, наверное, просто невозможна.

В последние 10 лет на западе в кругах экспертов и криминалистов говорят о новом, третьем методологическом кризисе [6]. Начавшись с биометрии и криминалистической идентификации личности, этот кризис поднял волну, прокатившуюся практически по всем направлениям криминалистических исследований. Остановимся чуть подробнее на истории возникновения этого кризиса.

На протяжении последних 150 лет технологии (в том числе и в сфере криминалистики) бурно развивались, что привело к высокой точности обнаружения и идентификации криминалистических следов. Наиболее явного успеха достигли области криминалистики, связанные с математикой и статистическим анализом. Если полученные в ходе расследования данные могут быть проверены статистически и будет доказана невозможность случайного совпадения этих данных, то результат такой экспертизы становится неопровержимым свидетельством для суда. В правосудии четко утвердился принцип: «Вещественные доказательства превалируют над показаниями свидетелей». Эта правильная по своей сути позиция направила исследователей на поиск максимально эффективных и достоверных методик идентификации личности. В биометрии это вызвало серию последовательных изменений, что привело к развитию молекулярно-генетической экспертизы — эталона достоверности с почти 100%-ными результатами. Сегодня самую уверенную позицию среди лидеров экспертно-криминалистических направлений занимает именно судебная генетика (она же — молекулярно-генетическая экспертиза).

А что же было 200 лет назад? Человека могли обвинить в преступлении просто на основании примет внешности. Если разыскиваемый человек описывался как рыжеволосый, этого могло быть достаточно для вынесения обвинения, поскольку рыжие волосы — довольно редкий признак. Если информация о месте происшествия дополнялась бы записью «последний раз был замечен на фестивале рыжеволосых», то это сильно усложнило бы работу следователей (рис. 4).

Сходство по общим и частным признакам у группы лиц, не состоящих в родстве по отношению друг к другу

Рисунок 4. Сходство по общим и частным признакам у группы лиц, не состоящих в родстве по отношению друг к другу. Еще 200 лет назад из-за технологического и методологического кризиса в криминалистике вероятность поимки рыжеволосого преступника, который в последний раз был бы замечен на подобном фестивале рыжеволосых, была крайне невысокой. Современные же методы идентификации личности позволяют учитывать не только внешние признаки для поиска подозреваемых.

Еще больше ситуацию может усложнить случайное совпадение. Наверное, в жизни каждого бывали ситуации, когда совершенно незнакомый человек или кого-то очень сильно напоминал, или же ошибочно принимался за другого. Подборка фотохудожника Франсуа Брюнеля, автора проекта «Мы не похожи!» (I’M NOT A LOOK-ALIKE!), раскрывает тему сходства внешности разных людей при полном отсутствии всякого родства (рис. 5). После таких иллюстраций фраза «Врет как очевидец» приобретает значительно бóльшую реалистичность.

I’M NOT A LOOK-ALIKE!

Рисунок 5а. Проект фотохудожника Франсуа Брюнеля I’M NOT A LOOK-ALIKE! раскрывает тему схожести человеческих образов, сформированных сочетанием общих и частных признаков и их пропорциональных характеристик

I’M NOT A LOOK-ALIKE!

Рисунок 5б. Проект фотохудожника Франсуа Брюнеля I’M NOT A LOOK-ALIKE!

I’M NOT A LOOK-ALIKE!

Рисунок 5в. Проект фотохудожника Франсуа Брюнеля I’M NOT A LOOK-ALIKE!

I’M NOT A LOOK-ALIKE!

Рисунок 5г. Проект фотохудожника Франсуа Брюнеля I’M NOT A LOOK-ALIKE!

Именно поэтому повышение достоверности криминалистических методик — одна из наиболее актуальных задач на сегодняшний день. Ведутся поиски и разработки для улучшения качества некоторых экспертиз, в том числе с использованием статистических методов. Например, совсем недавно американский Центр статистики и приложений в области судебных доказательств получил финансирование в размере 20 миллионов долларов на следующие пять лет для решения этой задачи [7].

Дактилоскопия, серология или генетика: какой вид экспертизы выиграет в борьбе за звание «золотого стандарта» идентификации?

Возникновение третьего кризиса привело к переосмыслению криминалистической теории идентификации. Обязательным критерием для определения личности стала неизменность признака на протяжении значительного промежутка времени. Только группа крови, отпечатки пальцев и генотип остаются неизменными на протяжении всей нашей жизни. Следовательно, у нас выявлена тройка лидеров, среди которых нам нужно выделить победителя и отдать ему пальму первенства (рис. 6).

Экспертиза окровавленного отпечатка пальца, обнаруженного на месте преступления

Рисунок 6. Экспертиза окровавленного отпечатка пальца, обнаруженного на месте преступления. Специалисты-криминалисты тщательно изучат отпечаток с помощью дактилоскопической, серологической и молекулярно-генетической экспертиз. О том, какая из этих экспертиз является «золотым стандартом» идентификации, читайте далее в нашей статье.

Давайте проанализируем. После смерти человека первыми разрушаются мягкие ткани (значит, утрачиваются и отпечатки пальцев). Группа крови и иные серологические признаки могут сохраняться чуть дольше. Но несомненным лидером по степени сохранности спустя годы, десятилетия и даже столетия остается генетическая информация, сохраняемая в ДНК ядер наших клеток и митохондрий. Важно, что наша с вами ДНК — это способ передачи наследственной информации, а значит, мы говорим не просто о сохранении признака в течение длительного времени, но и о передаче его через поколения. Таким образом, использование молекулярно-генетической идентификации позволяет не только раскрывать различные виды преступлений, но и достоверно устанавливать родство внутри семейных групп.

Та же теория криминалистической идентификации говорит нам, что наиболее ценные признаки — уникальные (вероятность случайного совпадения которых крайне мала или полностью исключается). Если мы взглянем на тройку биометрических лидеров — дактилоскопию, серологию и генетику, то станет ясно, что серология не может претендовать на «уникальность», ведь по системе AB0 у нас имеется всего четыре группы крови и, следовательно, вероятность случайного совпадения приближается к 25% . В это же время дактилоскопия и генетика демонстрируют уникальность вплотную стремящуюся к математическим 100%. Именно поэтому серологические методы не считаются идентификационными, а относятся к диагностическим или групповым.

Подробно ознакомиться с группами крови вы можете в нашей статье на «Биомолекуле» «Кровавая» работа врачей, ученых и природы» [8].

Как закономерный итог — судебно-генетическая экспертиза демонстрирует «золотой стандарт» биометрической идентификации и становится победителем в нашей биометрической тройке лидеров.

Получить качественный образец ДНК зачастую проще, чем тот же отпечаток пальца — это еще один плюс генетики. Для того чтобы оставить четкий отпечаток, нужно совпадение двух условий: 1) гладкая и ровная поверхность, на которой отпечатки можно будет обнаружить; 2) человек должен прикоснуться к поверхности именно подушечкой пальца. Тогда как для обнаружения ДНК достаточно контакта исследуемого предмета практически с любой частью тела человека — например с губами, шеей или ногами (ношеные носки тоже подходящий объект для установления ДНК их владельца). Связано это с тем, что человек регулярно «теряет» свои клетки, которые и несут в себе молекулы ДНК, и «оставляет» их на различных поверхностях.

Как это работает на практике? Что служит признаком для ДНК-идентификации личности? Ответ — генетические маркеры, которые, по сути, являются отдельными признаками. Один маркер — один признак. При этом достаточная совокупность определенных маркеров позволяет индивидуализировать и идентифицировать конкретного человека (рис. 8).

 Визуализация результатов исследования по определению генетического профиля человека

Рисунок 8. Визуализация результатов исследования по определению генетического профиля человека (электрофореграмма, полученная на генетическом анализаторе при проведении идентификационного молекулярно-генетического исследования). Каждый исследованный участок ДНК характеризуется одним или двумя пиками, цифровые обозначения которых указывают на количество повторяющихся фрагментов в данном STR-локусе. Совокупность данных по всем исследованным участкам ДНК позволяет получить уникальный генетический профиль, идентифицирующий конкретного человека.

изображение предоставила компания QIAGEN

Рассматривая процесс ДНК-профилирования (молекулярно-генетическую экспертизу), можно задаться вопросом: «Как эксперты определяют личность человека, который оставил биологические следы, если 99,9% последовательностей ДНК всех людей сходны?» Значит ли это, что в процессе экспертизы специалисту необходимо исследовать все 99,9% информации, чтобы обнаружить те участки ДНК, которые различны у разных людей? К счастью, ответ отрицательный. Эксперты-генетики работают не со всей молекулой ДНК, а только с некоторыми ее участками. Такие участки называются STR-локусами (Short Tandem Repeats, короткими тандемными повторами). Один повторяющийся элемент состоит из 3–5 пар оснований; также они гипервариабельны и высокополиморфны, то есть количество таких повторов может значительно различаться у разных людей . Чем больше локусов анализируется при определении ДНК-профиля, тем выше точность идентификации. С помощью современных наборов можно исследовать более 20 локусов, что позволяет точно определить человека, даже сравнивая его со всеми остальными людьми на Земле. Не следует путать молекулярно-генетическую экспертизу ДНК с полной расшифровкой генома.

Следует знать, что STR — это не единственные локусы, которые используются в криминалистике для идентификации. О разных классах повторов и их роли в криминалистике будет рассказываться в следующей статье нашего спецпроекта. Пока же вы можете ознакомиться с информацией о различных типах тандемных повторов в ДНК в статьях, ранее опубликованных на «Биомолекуле»: «Повтор, еще повтор!» [9] и «Наука на службе закона: криминалистика» [1].

Общая схема проведения молекулярно-генетической экспертизы

Как проводится молекулярно-генетическая экспертиза? Здесь мы опишем общую схему процесса. Более подробный рассказ об этом виде экспертизы нас ждет в следующей статье спецпроекта.

Как правило, генетическая экспертиза начинается в момент осмотра места происшествия. Криминалисты определяют объекты, на которых могли остаться биологические следы. Мы ищем ДНК, а значит, следы должны содержать клетки. Причем, несмотря на то, что ДНК содержится в ядрах, безъядерные клетки эпителия кожи тоже подходят для этих целей. Даже когда ядро клетки распадается и перестает существовать как отдельная структура, ДНК в таком материале все равно сохраняется, хотя и в деградированном виде. Поскольку для криминалистической экспертизы зачастую требуются небольшие фрагменты ДНК, то установить генотип получается даже из такого разрушенного материала. Затем маленький кусочек объекта отделяют или делают с его поверхности смыв — тем самым начинают подготовку образца ДНК. Также могут получить образец крови или мазок эпителия с внутренней поверхности щеки у живого человека. Далее клетки образца разрушают специальными ферментами, что позволяет освободить ДНК из ядра. Затем, используя специализированные наборы с ферментами, исследуемые участки ДНК амплифицируют (размножают) методом полимеразной цепной реакции (ПЦР) [9]. Для проведения такой реакции применяют олигонуклеотидные праймеры и термостабильные ДНК-полимеразы [6]. После этого полученный образец с размноженными анализируемыми участками ДНК исследуют, используя гель-электрофорез или капиллярный электрофорез, который проводится в специальных генетических анализаторах. Общая схема молекулярно-генетической экспертизы представлена на рис. 9.

Схема проведения молекулярно-генетической экспертизы

Рисунок 9. Схема проведения молекулярно-генетической экспертизы. Вначале идет поиск улик, которые могут содержать ДНК для анализа. ДНК выделяют и очищают, после чего амплифицируют методом ПЦР. Полученный продукт анализируют при помощи электрофореза, получая необходимые для идентификации данные.

Современная генетическая экспертиза подкреплена хорошей научной и статистической базой:

  • частота встречаемости маркеров в различных популяциях хорошо изучена;
  • они наследуются независимо (признаки не сцеплены);
  • большинство маркеров имеют десятки вариантов;
  • они неизменны в течение всей жизни и определяются десятилетиями после смерти.

Современные технологические возможности позволяют обнаружить ДНК-след на окурках сигарет, очках, расческах, перчатках и на любых иных предметах, которые взаимодействовали с телом человека. Так генетическая экспертиза устанавливает не только личность, но отчасти реконструирует ее действия и образ жизни.

Такая особенность молекулярно-генетической экспертизы привела к неожиданным последствиям. Например, некоторые методы исследований, которые не показывают столь впечатляющей достоверности, стали пользоваться меньшим доверием и частично ушли в тень. В первую очередь это касается судебной серологии, габитоскопии (отрасли, которая занимается распознаванием человека по признакам внешности) и одного из разделов судебной антропологии — прижизненной видеозаписи (или, говоря научным языком, краниофациальной идентификации). В результате следствие и правосудие стали пересматривать критерии, предъявляемые к результатам экспертно-криминалистических исследований. Всё это, в совокупности с возрастающими возможностями генетической экспертизы, привело к кризису в самой судебной генетике. В мировой практике стали всплывать случаи неправильной трактовки результатов экспертиз, что заставляет по новому осмыслить происходящее. В чем же причина кризиса судебной генетики?

Всё дело в сверхвысокой чувствительности современной генетической экспертизы. Практически на любом объекте можно обнаружить следы генотипа людей, входивших с ним в контакт. Этот феномен назвали переносом ДНК-содержащего материала. Теоретически, ваша ДНК через рукопожатие с другим человеком может «перекочевать» на рукоятку ножа, которым впоследствии будет совершено преступление. И хотя на практике такие случаи — большая редкость, для анализа результатов молекулярно-генетической экспертизы все же актуальна пословица: «Семь раз отмерь, один раз отрежь». Прежде, чем делать окончательные выводы и выносить обвинительный вердикт, необходимо надежно интерпретировать все обнаруженные улики и доказательства.

Только совокупность разных подходов и методов, имеющих однозначно строгую научную основу, позволяет продвинуться в направлении реконструкции событий, связанных с совершением преступления. И именно эти вопросы решаются в рамках комплексных и ситуационных экспертиз. Комплексные экспертизы — это экспертизы, в производстве которых участвует несколько экспертов различных специальностей или узких специализаций. Такой подход позволяет дать ответы на очень сложные вопросы. Помните, в самом начале мы обсуждали пример с окровавленным отпечатком пальца? В ходе комплексной экспертизы разные эксперты и криминалисты будут решать отдельные вопросы из области генетики, дактилоскопии и трасологии, и в итоге мы получим один исчерпывающий ответ. А если у следствия будет версия событий, то на помощь придет ситуационная экспертиза, которая ответит, при каких именно обстоятельствах мог остаться этот отпечаток пальца (рис. 14).

Дело раскрыто!

Рисунок 14. Дело раскрыто! Эксперты-трасологи тщательно проверили след от ботинка, а отпечаток пальца всесторонне проанализировали специалисты по дактилоскопической, серологической и молекулярно-генетической экспертизам. Сопоставив полученные данные и проведя «реконструкцию» ограбления, следователю удалось установить личность преступника.

Нам кажется, что именно такой комплексно-ситуационный подход в совокупности с опорой на новейшие научные разработки позволит криминалистике преодолеть любой кризис. Криминалистика — это наука, актуальность и необходимость которой не вызывает вопросов. Только труд судебных экспертов позволяет раскрывать современные преступления и тем самым помогает торжеству правосудия. А подробно и досконально ознакомиться с различными направлениями криминалистических экспертиз нам помогут следующие статьи спецпроекта.

Литература

  1. Наука на службе закона: криминалистика;
  2. Трегубов С.Н. Основы уголовной техники. Научно-технические приемы расследования преступлений. Практическое руководство для судебных деятелей. Петроград: издание юридического книжного склада «Право», 1915;
  3. Сорокун П.В. и Журавлева О.С. (2018). История развития криминалистики в России. «Эпоха науки». 13, 40–44;
  4. Панфилов П.Б., Панфилова З.Ю., Фиронова Ю.С. (2019). Новые возможности ольфакторного экспертного метода в исследовании объектов биологического происхождения: инициативные научные исследования и результаты их применения в экспертной практике. «Вестник Восточно-Сибирского института МВД России». 1 (88), 105–114;
  5. Kenneth G. Furton, Norma Iris Caraballo, Michelle M. Cerreta, Howard K. Holness. (2015). Advances in the use of odour as forensic evidence through optimizing and standardizing instruments and canines. Phil. Trans. R. Soc. B. 370, 20140262;
  6. Morgan R. (2019). Why forensic science is in crisis and how we can fix it. World Economic Forum;
  7. Kelly Servick. (2020). Statisticians win $20 million to address shoddy forensic science methods. Science;
  8. «Кровавая» работа врачей, ученых и природы;
  9. Повтор, еще повтор!;
  10. 12 методов в картинках: полимеразная цепная реакция.

Комментарии