ya.dostavalova@yandex.ru 0,0

Компания «Петровакс» была основана российскими учеными в 1996 году. В мире, стране и в самой компании с тех пор многое изменилось. О производстве новых биотехнологических препаратов, о законодательном регулировании фармацевтической отрасли, о поиске новых молекул и обучении сотрудников «Биомолекула» пообщалась с президентом компании «Петровакс» Михаилом Цыферовым, руководителем направления развития биотехнологических продуктов Николаем Голубом и начальником департамента развития биотехнологических продуктов Андреем Болдыревым.

2024 год перевалил за середину, но новостей за первую половину накопилось слишком много, чтобы оставлять всё на конец года. Сначала поговорим о самых заметных лекарствах, одобренных в первом полугодии: первое лекарство против стеатогепатита, первая клеточная терапия сóлидной опухоли, первый ингибитор теломеразы и другие. Во второй части расскажем о клинических новостях, которые тоже радуют новизной и яркостью: первый успех в области боли за много лет, ноль случаев ВИЧ у принимавших профилактическое лекарство, ноль случаев рака шейки матки у привитых против ВПЧ.

История знает немало примеров, когда доблестные солдаты и воины, стоявшие на страже государства, вовлекались в смуту, мятежи и бунты. Междоусобицы разрушали всю структуру общества, их жертвами становились молодые, сильные, инициативные люди. Догадывались ли вы, что похожая история иногда происходит даже внутри человека? Вооруженные и дисциплинированные популяции иммунных клеток защищают организм от инфекций и опухолей, но способны совершить атаку против него самого, в том числе против нервной системы. В отличие от нейродегенеративных заболеваний, аутоиммунные заболевания нервной системы обычно развиваются остро и подостро у молодых людей — они лишаются счастливых дней детства и юности, работоспособности и самореализации. Этот факт, как минимум из экономических соображений, способствовал уникальному для неврологии прорыву в разработке методов лечения аутоиммунных заболеваний нервной системы.

Многие считают эту страшную болезнь чем-то далеким и неактуальным. Как и туберкулез, которому посвящена предыдущая статья из цикла «История одной эпидемии», она кажется лишь отголоском прошлого. Но, как бы неожиданно это ни звучало, дифтерия до сих пор неплохо себя «чувствует». С 2016 года ее вспышки участились: Доминиканская Республика, Гаити, Южная Америка, Южная Африка, Ближний Восток, Европа! Зараженные есть везде, и при неблагоприятных обстоятельствах эпидемии дифтерии могут вернуться. С помощью огромных усилий их удалось остановить 70 лет назад, но, как выяснилось, ненадолго.

Туберкулез — одна из древнейших болезней. Возможно, она нанесла больше ущерба, чем корь и оспа вместе взятые. Археологические находки свидетельствуют [1], что сотни миллионов лет назад ею страдали динозавры, а самое древнее доказательство заболевания человека было найдено в останках, возраст которых 5 тысяч лет! Несмотря на прогресс в медицине и повышение уровня жизни, туберкулез и сейчас продолжает сеять смерть: по данным ВОЗ, в 2022 году от него скончалось около 1,3 миллионов человек, а число заболевших превысило 10 млн, включая 1,3 млн детей [2]. Пришло время обсудить эту болезнь и перспективы борьбы с ней в рамках спецпроекта «История одной эпидемии».

В мире, где люди в среднем живут всё дольше и население быстро стареет, растет и бремя ассоциированных с возрастом («старческих») болезней. Тот, кто раньше умер бы от инфекции, травмы или заболевания сердца в молодом возрасте, сейчас имеет растущий шанс вместо этого попасть в пугающие «объятия» болезни Альцгеймера, Паркинсона или других нейродегенераций. Проблема становится всё злободневней, усилия ученых по поиску лекарств не прекращаются, но и не приносят успеха. Как и прежде, нейродегенеративные болезни неизлечимы и, по сути, такой диагноз подобен приговору. В этом тексте мы разбираемся, как устроен запутанный клубок патогенеза таких заболеваний и как нам наконец его распутать и решить проблему нейродегенерации.

В этой статье спецпроекта, посвященного бактериофагам, мы посмотрим на вирусы бактерий под несколько иным углом, чем это принято делать. Мы уже рассказывали, как бактериофаги атакуют и уничтожают микроорганизмы, как это свойство можно использовать в ветеринарии, сельском хозяйстве и медицине. Теперь же попытаемся отойти от образа безжалостных хищников и рассмотрим взаимоотношения между фаговыми и бактериальными сообществами во всей их сложности и многогранности. Спойлер: эти отношения далеко не всегда враждебные.