khozyainova@rpharm.ru 0,0

Любое живое существо — невероятно сложная структура. Можно было бы ожидать, что после смерти эта структура будет постепенно разрушаться и все жизненные процессы будут затухать. Но оказывается, что клетки в мертвом теле продолжают активно работать, отчаянно пытаясь выжить. Эта статья расскажет о танатотранскриптоме и о том, перевозит ли Харон в обе стороны.

Некоторые бактерии способны сохранять фрагменты геномов инфекционных агентов, используя в качестве исходного материала не только ДНК, но и РНК. Такие бактерии могут развивать иммунитет к вирусам с РНК-геномами. Кроме того, благодаря CRISPR-системе, использующей РНК, бактериальный иммунитет учится реагировать на наиболее активные гены патогенов.

Человек скрывает в себе много загадок. Какие-то из них открывают ученые, какие-то — врачи. Но есть те, которые можно решить только совместными усилиями. Именно для решения таких задач был создан биомедицинский холдинг «Атлас». Благодаря этому творческому союзу ученых и врачей уже более 5000 пациентов получили помощь в первой клинике персонализированной медицины, 1000 пользователей прошли генетический тест — и это только некоторые из направлений деятельности Atlas Biomed Group. Об этих проектах компании — в нашей статье.

Мышечная дистрофия Дюшенна — тяжелейшее Х-связанное заболевание, эффективного лечения которого до сих пор нет. В одном из последних номеров Science вышли целых три статьи об успешном тестировании на мышиных моделях технологии CRISPR/Cas9 для лечения этой болезни. Может быть, у этого подхода есть шанс добраться и до клиник?

Удивительное дело: пять из пяти коллег, которым я рассказывал, что начал работу над статьей о нашем сегодняшнем герое, спрашивали меня — кто таков? И никак не реагировали на его фамилию. Зато когда я рассказывал суть его главного эксперимента, сразу же вспоминали: «А... ну так это я знаю...» Собственно говоря, и сам автор статьи оказался в такой ситуации — историю главного открытия нобелевского лауреата 1929 года он знал еще в школе (благо, хорошая была школа), а вот имя выветрилось за десятилетия. Еще одно удивляет: вещество, которое принесло ему славу, наш герой не открыл. Название ему дал не он, выделил — тоже не он. Даже предположение о его существовании, кажется, выдвинул сотрудник. А «нобеля» получил он — голландец Христиан Эйкман. И нельзя сказать, что не заслуженно. Формулировка Нобелевского комитета: «за его открытие антиневритного витамина».