-
Статья на конкурс «Био/Мол/Текст»: Причины возникновения и развития опухолевых заболеваний системы кроветворения до сих пор пристально изучаются учеными. А решившие играть не по правилам раковые клетки постоянно «придумывают» весьма изощренные способы выживания вопреки этим усилиям. И раскрыть их козни — задача непростая. Первые шаги в сторону изобличения «нехорошего» клеточного поведения были сделаны лишь в конце прошлого столетия: тогда ученые обнаружили целое семейство белков BCL-2, не позволявших клеткам умирать по заложенной в них программе. Наступив таким образом на ахиллесову пяту гематологических опухолей, исследователи объединили усилия с крупными игроками фармацевтического рынка и создали маленького героя — лекарство венетоклакс, возвращавший клетки на путь истинный и позволявший им умереть, как и было положено с самого начала. А вот о том, как это сделали, в чем соль биологии всего процесса и каких усилий это стоило ученым — читайте в этой статье.
-
154В первой статье спецпроекта «Медицинские нейротехнологии» «Мозговой штурм» мы прошли путь от средневековых анатомов до функциональной МРТ. В следующих статьях мозг предстал перед нами как источник сигналов, которые можно считывать и передавать внешнему устройству; а также как объект нейровизуализации. Теперь время поговорить о методах, с помощью которых ученые и врачи научились не только наблюдать, но и вмешиваться в работу центральной нервной системы. История нейромодуляции — это история постепенного отказа от хирургического скальпеля в пользу менее инвазивных воздействий на мозг.
-
«Биология в России: люди и открытия» — это спецпроект, который рассказывает об успешных биологах, работающих в нашей стране. На этот раз мы отправляемся в Институт проблем экологии и эволюции имени А. Н. Северцова РАН, расположенный прямо напротив Нескучного сада в Москве. Там нас ждет беседа с доктором биологических наук Алексеем Тиуновым, который заведует лабораторией почвенной зоологии и общей энтомологии. Вместе с ним мы постараемся выяснить, каково это — быть почвенным зоологом, и ответы на какие вопросы ищет экология сегодня.
-
204Раны бывают острыми и хроническими, могут возникать от травм, ожогов, из-за диабета и других хронических заболеваний. Когда хирург делает разрез на теле пациента — это тоже особая разновидность раны, операционная. Что же объединяет такие разные повреждения тканей? Все они подвержены бактериальным инфекциям. Потенциально опасные микроорганизмы могут попасть в рану как с поверхности окружающей кожи, так и из внешней среды. Антибиотики не всегда справляются с инфекцией, потому что появляется всё больше устойчивых к ним бактерий. И в таких случаях на помощь приходит новый вид лечения — бактериофаготерапия. О ней поговорим в очередном материале в рамках нашего спецпроекта о бактериофагах.
-
Следующее интервью спецпроекта «Биология в России: люди и открытия» мы взяли в Сибирском Федеральном Университете — сердце сибирской школы дендрохронологии, которая сегодня остается одним из мировых лидеров в области. Мы поговорили с академиком РАН Евгением Александровичем Вагановым, одним из создателей признанной во всем мире модели роста деревьев, опытным научным руководителем и первым ректором СФУ. Наш разговор получился разным: о детской мечте стать милиционером, о дипломном проекте, о десяти днях под проливным дождем в Якутии с американскими профессорами, не умеющими грести, о раскрытии тайн Тунгусского метеорита и о поддельных картинах. Получилась история о людях — сибирских ученых, которые, вопреки штормам девяностых, вывели нашу науку на мировой уровень и помогли обрести голос сибирскому лесу.
-
241«Биомолекула» продолжает спецпроект «Биология в России: люди и открытия». Герой этого выпуска — Денис Александрович Бабков, доктор фармацевтических наук, проректор по научной деятельности Волгоградского государственного медицинского университета и директор Научного центра инновационных лекарственных средств с опытно-промышленным производством (НЦИЛС). В новом материале мы отправимся в Волгоград, чтобы узнать, как фундаментальные исследования превращаются в реальные препараты. Поговорим о том, почему для современной биофармации системное воспаление стало ключевой мишенью для борьбы со старением, диабетом 2 типа и нейродегенеративными заболеваниями. Обсудим перспективные противовоспалительные молекулы, трудности вывода российских препаратов на рынок и то, как в регионе можно выстроить полноценный фармацевтический кластер — от идеи до серьезных клинических испытаний. А еще — о том, какие качества отличают настоящих ученых и почему случайных людей в науке не бывает. Добро пожаловать в НЦИЛС!
-
Сегодня молекулярную динамику можно запускать на обычной рабочей станции — и это кажется само собой разумеющимся. Но еще сорок лет назад смоделировать один белок (даже пептид!) было выдающимся техническим достижением, доступным считанным лабораториям с доступом к машинам размером с комнату. В продолжении спецпроекта о Молекулярной динамике рассказываем, как она (МД) прошла этот путь: от специализированных силовых полей и параллельных суперкомпьютеров до графических процессоров, сделавших микросекундные расчеты рутиной. А искусственный интеллект — это конец этой истории или начало новой?
-
Вообразите мир, в котором ваше движение ограничено. Для миллионов людей это не метафора: по оценке ВОЗ, около 80 млн человек в мире могут нуждаться в инвалидной коляске. Но ограничение движения может возникать по разным причинам: из-за мышцы, нерва, спинного мозга, коры, мозжечка, базальных ганглиев — или из-за утраченной конечности. Главный вопрос: можно ли это исправить? Как сегодня диагностируют двигательные расстройства? Какую роль в восстановлении движения играют современные технологии? Если хотите погрузиться в эти вопросы — новая статья спецпроекта «Медицинские нейротехнологии» специально для вас!
-
Первое интервью из серии «Биология в России: люди и открытия» мы записали в «НМИЦ Гематологии», где создан первый в России CAR-T-клеточный препарат против В-клеточных опухолей. Мы поговорили с руководителем управления биомедицинских технологий (и редактором «Биомолекулы») Аполлинарией Боголюбовой-Кузнецовой и ее сотрудниками. Наш разговор во многом был про людей: про тех, для кого этот препарат создан, про пациентов, и, конечно, про тех, кто его создает, про ученых.
-
Жизнь раковой клетки может продолжаться долго, очень долго — безудержно делясь, она умирает только вместе с организмом, в котором возникла. Однако порой злокачественная клетка перестает делиться, но не умирает и сохраняет метаболическую активность — это состояние известно как сенесценция. Кроме того, раковая клетка может умереть программируемой смертью, чаще всего апоптозом. Что же определяет выбор одного из трех путей (деление, апоптоз, сенесценция)? И как знания о жизненном пути злокачественной клетки помогают в разработке антираковой терапии? Ответам на эти вопросы и посвящена наша статья, входящая в спецпроект «Онкология».