Компания «Петровакс» была основана российскими учеными в 1996 году. В мире, стране и в самой компании с тех пор многое изменилось. О производстве новых биотехнологических препаратов, о законодательном регулировании фармацевтической отрасли, о поиске новых молекул и обучении сотрудников «Биомолекула» пообщалась с президентом компании «Петровакс» Михаилом Цыферовым, руководителем направления развития биотехнологических продуктов Николаем Голубом и начальником департамента развития биотехнологических продуктов Андреем Болдыревым.

Ботулинический токсин типа А, известный большинству как ботокс, у обычного читателя ассоциируется исключительно с косметологией. Но с 2010 года это — единственный препарат, который FDA одобрило специально для профилактики хронической мигрени — тяжелой формы заболевания, при которой голова болит 15 и более дней в месяц. При этом в обзорах современной анальгетической терапии ботулотоксин почти не встречается: он не похож ни на один класс обезболивающих и долгое время оставался слепым пятном в общей картине борьбы с болью. В этой статье, продолжающей цикл «Современные лекарства», разбираемся, как токсин, вызывающий смертельное пищевое отравление, стал лекарством; как устроена его молекула на уровне отдельных доменов; и почему расхожее объяснение «ботокс просто расслабляет мышцы» оказалось неверным. Сравним ботулотоксин с его главным конкурентом — антителами к CGRP, разберем данные крупнейшей программы клинических испытаний PREEMPT и заглянем в лаборатории, где разрабатывают следующее поколение избирательных ботулотоксинов, не затрагивающих мышцы.

В предыдущей статье спецпроекта мы говорили о том, как бактериофагов используют для лечения бактериальных инфекций. Такое применение логически вытекает из самой сути бактериофагов и отражено в их названии. Но «пожиратели бактерий» не так просты. Как мы отмечали в первой статье цикла, они способны проникать в кровь через слизистые оболочки органов, путешествовать по организму человека и взаимодействовать с его собственными клетками. Копнув глубже, ученые открыли многочисленные эффекты фагов, не связанные с уничтожением патогенных микроорганизмов. Например, обнаружили механизмы, работающие против вирусов человека. Это тоже может пригодиться в медицине, так как эффективных противовирусных препаратов до сих пор существует не так много.

Как говорил Шекспир, вся наша жизнь игра, а люди в ней актеры. Удивительно, но эту аналогию можно применить и к живым организмам в целом. Тогда ДНК окажется сценарием, РНК будет интерпретацией этого сценария конкретным лицедеем (клеткой), белок — самой его игрой на сцене, действием. Но как же костюмный образ, сценическая импровизация, взаимодействия актеров, создающие всю магию спектакля? Верьте или нет, но этим занимаются посттрансляционные модификаторы, и, в частности, гликаны, что по сути своей являются сахарами. Представляем вам первую статью из цикла, посвященного гликобиологии.