Свежие номера самых популярных научных журналов рассказывают о генах, унаследованных Homo sapiens от неандертальцев, о бактериях, способных питаться чистым цианатом, об исследованиях органических молекул кометы Чурюмова-Герасименко, о способе снабдить клетки миниатюрными лазерами, а также о механизме, способном передвигаться по воде, как настоящая водомерка.

Удивительное дело: пять из пяти коллег, которым я рассказывал, что начал работу над статьей о нашем сегодняшнем герое, спрашивали меня — кто таков? И никак не реагировали на его фамилию. Зато когда я рассказывал суть его главного эксперимента, сразу же вспоминали: «А... ну так это я знаю...» Собственно говоря, и сам автор статьи оказался в такой ситуации — историю главного открытия нобелевского лауреата 1929 года он знал еще в школе (благо, хорошая была школа), а вот имя выветрилось за десятилетия. Еще одно удивляет: вещество, которое принесло ему славу, наш герой не открыл. Название ему дал не он, выделил — тоже не он. Даже предположение о его существовании, кажется, выдвинул сотрудник. А «нобеля» получил он — голландец Христиан Эйкман. И нельзя сказать, что не заслуженно. Формулировка Нобелевского комитета: «за его открытие антиневритного витамина».

Рассказывать о науке нужно не только взрослым, но и детям — с этим не поспоришь. В издательстве «Эксмо» в 2017 году вышел комикс, посвящённый Чарльзу Дарвину и его работе над «Происхождением видов». С одной стороны, привлечь внимание детей и рассказать им в первый раз об этом учёном и его научном поиске книге отлично удалось. С другой — повествование постоянно перескакивает с темы на тему и уделяет внимание тому, что никак не относится к главной идее. Поэтому стоит хорошо подумать над тем, что именно читатель хочет от книги, чтобы решить, покупать её или нет.

Главные научные журналы уже вовсю подводят итоги уходящего года: не обошлось без политики и обсуждения развития прорывных технологий. Кроме того, читайте об удачном опыте на Бетховенах, как раковые клетки обходят старение, о последних сводках с полей ботанических открытий и о динозаврах. Вишенка на торте — немного о биохакерах и биткоинах!

С плодами трудов нашего нынешнего героя я познакомился еще в детстве. Открою вам небольшой секрет — детство мое прошло совсем в иной стране, я вообще успел побывать владельцем паспортов трех государств — СССР, Украины и России. Так вот, в советское время всяких вкусняшек было не так много. И что еще интереснее, два лакомства мы регулярно покупали в аптеке. Речь идет о гематогене и аскорбинке. Та самая, в толстых таблетках. Один из немногих витаминов, который уже десятилетиями получается синтетически. А первый синтез витамина С разработал именно наш герой — Норман Хоуорс, в основном за это и получивший Нобелевскую премию. Формулировка Нобелевского комитета: «за исследования углеводов и витамина С».

Бактерии продуцируют массу разнообразных веществ, многие из которых обладают противомикробной активностью и служат оружием в конкурентной борьбе между бактериальными клетками. Недавнее исследование показало, что кластеры генов, необходимых для синтеза этих антибактериальных веществ, часто входят в состав профагов — фагов, интегрированных в бактериальный геном. Похоже, что многие умеренные фаги выступают в роли своеобразных оруженосцев для бактерий, постоянно конкурирующих друг с другом.

Этот человек родился в фашистской Германии, выжил в бомбежках союзников, работал в Америке, но там ему не понравилось — потому что нравилось ему заниматься только тем, чем он хочет. Именно он доказал, что некоторые виды рака вызываются вирусами. Ему пришлось ждать своей премии четверть века, но и поныне он активен и привлекает новых и новых людей в науку. Речь сегодня пойдет о «медицинском» нобелевском лауреате 2008 года — Харальде цур Хаузене. Формулировка Нобелевского комитета: «за открытие вируса папилломы человека как причины цервикального рака».